Кинематограф → Бумажный солдат (реж. Алексей Герман-мл., 2008)
Если говорить о мифологемах, то стоит упомянуть миф о Икаре, который забыл о том, что перья его крыльев скреплены воском — поднялся слишком высоко, крылья распались и он упер, разбившись. Бумажный солдат из песни, которую поют герои забыл, что он бумажный и сгорел. Вопрос, который ставит перед собой главный герой, связан именно с осознанием себя: кто я? бумажный солдат?
А что, если вокруг — все «бумажные солдаты», природа которых не оставляет места полетам в космос? И с другой стороны: а что, если это лишь страх, иллюзия, что мы — бумажные? Может, перед нами нет границ? Может, мы все сможем?
В итоге, не найдя для себя — в первую очередь для себя — всеобъемлющего ответа, герой умирает от остановки сердца именно в тот момент, когда ракета с Юрием Гагариным отрывается от земли. Помимо веры в то, что этот полет изменит жизнь (а менять было что: советский быт той поры выглядит крайне удручающе) было еще и сомнение, которое никто не мог разрешить.
Я бы сравнил фильм Алексея Германа-мл. по силе передачи сомнения с «Последним искушением Христа» Мартина Скорсезе. Оба пытаются понять, что же было, как двигалась история, кем. Сомнения — это то, что историки выносят за пределы своих интересов, и кажется, что великие мира сего всегда точно знают, куда идти и что делать. Для России (с ее космическим прошлым и настоящим) космос — это нечто сродни религии. И это еще один довод в пользу сравнения со Скорсезе.
Невероятно красивая игра Чулпан Хаматовой (так и думаешь: ну что же ты, дурак, делаешь? ты посмотри, какая у тебя жена красивая и умная! — и в тот же миг понимаешь, насколько сильны были тревоги главного героя, если даже в своей жене не нашел он опоры). Очень правдоподобный Гагарин, привычный по кинохронике, но живой.
И еще: работа оператора. Ощущение хроники, ощущение включенности в событие полное. Уже с самого начала кажется, что находишься среди героев, что они ходят вокруг тебя. Завораживает.
Если присмотреться к композиции, то перед нами обратный отсчет. Но в то же время — акт творения. Срок в шесть недель явно намекает на шесть дней творения. Только вот творение чего?
Полет в космос, конечно, ничего не меняет. Особенно верившие в то, что что-то произойдет, начинают уезжать из СССР, в котором ничего не меняется (контраст разительный: с одной стороны, космос — высокие технологии, — с другой, полнейшая необустроенность). Но это уже эпилог, по-моему. Фильм, по нормальному, заканчивается, когда из-за угла выезжает велосипед без Даниила, а вдалеке виден запуск ракеты.